013. Вроде все отлично, но внутри тоска Это хороший знак!

Все барьеры находятся внутри нас.
В зависимости от того, как быстро вы это осознаете, вы придете или к преображению, или к разочарованию.
Для большинства людей это может быть кратковременно, потому что они будут в ужасе.
Вы можете наблюдать болезненную борьбу.
Некоторые из них сбиты с толку тем, что происходит, потому что они никогда не думали, что это произойдет с ними.
Арундхатти: Садхгуру, я попрошу Вас перейти к стихотворению под названием «Человек», на странице 112.
Садхгуру: Мне нравится это число.
Садхгуру: 112.
Человек.
Арундхатти: Но это стихотворение про дом.
И это ещё стихотворение о.
.
.
Это стихотворение о тоске по дому, а также о потере дома и о возвращении домой.
И я бы хотела, чтобы вы рассказали больше об этом путешествии, потому что, я думаю, многие из нас проходили этот путь в какой-то степени, но не на таком глубоком уровне, как вы говорите об этом здесь.
Но я думаю у многих из нас были проблески чего-то подобного.
Подобное происходит с каждым духовным искателем?
Садхгуру: Я бы сказал, что на сегодняшний день нет буквально ни одного человека, который бы ни сталкивался с такого рода мыслями и эмоциями.
Но у них получается игнорировать это.
Это не беспокоило их достаточно долго.
Боль незнания не разрывает их изнутри.
В этом вся проблема.
Они смиряются с невежеством.
Они заключают с невежеством сделку.
Они будут строить отношения, в которых каждый подтвердит: «Это лучший способ для жизни».
Комфорт, общение, любовь, привязанность.
Это — всё, к чему вы стремитесь.
Я знаю, что очень многие люди вознесли человеческие эмоции до небес.
Если вы говорите «любовь», они говорят «божественная любовь».
Если говорите «радость», они говорят «божественная радость».
Говорите «блаженство», они говорят «божественное блаженство».
Вам не нужна Божья помощь, чтобы быть радостным, любящим, умиротворенным.
Как человек, вы обладаете всеми этими качествами.
Поэтому все те, кто лишил себя этого, либо ищут Бога, либо довольствуются собакой.
Да, как правило.
Потому что они хотят безусловной любви.
Таковы требования.
Потому что природа любви подобна цветку: если не следить за ним пару минут, он завянет и осыпется прямо там.
И либо вы позволите лепесткам любви осыпаться, либо вам нужно всё время ее подпитывать.
Или вы можете ее укрепить, сделав снимок и разместив его на своем телефоне, или узаконить, вступив в брак.
Одно или другое.
Так что, по сути.
.
.
Я не против какой-либо законности, потому что миру нужны законы для функционирования, иначе наступит хаос.
Но сейчас речь не об этом.
Вы не можете формализовать такие вещи, как радость или мир.
Сейчас принято считать, что Организация Объединенных Наций — это институт мира.
Нет.
Мир и умиротворение не могут превратиться в форму организации отношений.
Также и радость нельзя наделить законным статусом.
Вы не можете узаконить любовь, да и вообще что угодно, если уж на то пошло.
Законы являются функциональным инструментом для данного общества.
Я уважительно отношусь к закону, потому что без него большинство людей просто бы не знали, как им жить.
Правопорядок необходим.
С правительством, с демократическим процессом.
С другими структурами.
Судами, парламентами.
случаях они занимаются не тем, чем должны.
Но все равно эти институты власти важны, потому что без этого будет полный хаос.
Поэтому я не являюсь их противником.
Но узаконивать вещи, которые происходят внутри человека, глупо.
Арундхатти: Но возможно ли отправиться в это путешествие, не испытывая тоски по дому?
Садхгуру: Видишь ли, если хоть один человек скажет, что рядом со своими любящими и заботливыми родителями (какими бы заботливыми они ни были по отношению к нему), он никогда не чувствовал, что это — не то место, где ему хотелось бы быть.
В таком случае это нечестный человек.
Потому что любовь утомляет, чья-то нежность по отношению к вам тоже становится очень утомительной, комфорт тоже утомляет.
Природа самой жизни такова, что она постоянно хочет расширяться.
И если нет места для этого расширения, то не важно, где вы находитесь.
.
.
Где угодно.
Я бы не хотел использовать это слово, но почему-то все любят говорить «Золотой дворец».
В моем визуальном восприятии золотой дворец совершенно неэстетичен.
Не фанат золотых дворцов.
Но любой, даже самый замечательный дворец — или как ты сказала, Шангри Ла, — со временем станет вас утомлять.
Все те, кто собираются попасть в рай, не представляют как скучно им станет уже через 3 дня пребывания в этом благостном месте.
Поэтому я говорю, что не имеет значения, где вы находитесь.
Не потому, что с вашими родителями что-то не так.
Они могут быть замечательными людьми.
Но сама природа человека такова.
Только если вы домашнее животное, если вы свели себя к этому, то вы можете быть счастливы просто от еды, которую получаете, от того, что кто-то время от времени вас приласкает, и вы этим счастливы.
Для этого вам нужно быть домашним животным, а не рождаться человеком.
Как только вы рождаетесь человеком, в вас естественным образом возникает желание разрушать барьеры.
Будучи ребенком или подростком, вы думаете, что все барьеры являются физическими.
Вы должны понять, что где бы вы ни жили — будь то ваш собственный дом, или дом ваших родителей, или дом вашего хозяина — стены дома не являются преградой.
Все преграды внутри нас!
В зависимости от того, как быстро вы это осознаете, вы придете или к преображению, или к разочарованию.
Арундхатти: Что касается бездомности… этого этапа бродяжничества, когда вы кочевник.
У вас есть стихотворения о кочевничестве.
.
.
Это тоже является неотъемлемой частью пути каждого духовного искателя?
Садхгуру: Не разделяйте людей на тех, кто является и не является духовным искателем.
Каждый из нас — духовный искатель.
Кто-то идет на компромиссы, кто-то продолжает.
Но и те и другие являются духовными искателями.
Некоторые продолжают искать в рамках своих собственных ограничений.
Некоторые являются осторожными искателями, а некоторые идут опасным путем.
Но тем не менее, и те и другие являются духовными искателями.
Арундхатти: Значит, этот период так называемой бездомности — он существует для всех?
Садхгуру: Не для каждого это может быть периодом.
Для многих это может быть лишь чем-то кратковременным.
Ведь люди ужасаются, если они просто посмотрят и увидят саму природу жизни.
Что говорить о вашем доме.
Предположим вы куда-то уехали.
.
.
Мне встречались люди.
.
.
В моём детстве в Майсуре проходил фестиваль Дасара, который продолжался полтора месяца.
Это было местом, куда приходила потусоваться вся молодежь.
Там всегда было что поесть.
Было много развлечений, шоу, музыка, различные цирковые элементы и всё такое.
На этой фестивальной площадке, — которая всего 4 – 6, может, 8 гектаров земли, где повсюду огни, магазины и прочее, — каждый день дети, женщины или некоторые мужчины теряли из виду свои семьи в этой толпе.
50 -100 тысяч человек толпятся на этой площади — там можно заблудиться.
И часто во время музыкального выступления полицейский объявлял в громкоговоритель: «Здесь находится ребенок по имени Викрам.
Его отца зовут так-то, его мать зовут так-то, он плачет.
Родители, немедленно подойдите».
Черт побери, мы пришли сюда послушать музыку.
Если вы взяли с собой ребенка, позаботьтесь, чтобы он не терялся.
Если вы не можете этого обеспечить, попросите его прийти и подождать у ворот и заберите его там.
Ничего с ним не произойдет.
В те времена не было похищения детей, ничего такого в Майсуре не было.
Никто вас не похитит в Майсуре.
По крайней мере, меня никто не похищал.
Так что это смешно.
.
.
И взрослые женщины теряли из виду своего мужа или свою семью.
Они начинали плакать посреди дороги.
Это было очень хорошо освещённое место.
Единственное, не было телефонов.
Всё, что вам нужно было сделать, это подойти к воротам и подождать, или, если у вас есть машина или мотоцикл, подождать там.
Заодно и посмотрите, захочет ли ваш мужчина вас найти или нет.
Даже мужчины.
.
.
Я видел, как взрослые мужчины громко плакали из-за того, что их жена или ребенок куда-то ушли.
Невероятно!
Так что в этом чувстве потерянности нет ничего страшного.
Главное, чтобы вы не бросали их посреди Калахари или где-то в подобных местах.
В Майсуре на фестивале Дасара.
.
.
Я знаю, что люди из Майсура могут смотреть это и скажут: «Как Садхгуру может говорить такое?
Представляет ли он себе, как это больно заблудиться на фестивале Дасара?
» Я говорю, вот как устроены люди.
Я видел людей в джунглях, когда некоторые из моих друзей ходили со мной.
В лесу, даже не в глубине леса, а на окраине.
Они прошли совсем немного — и уже потерялись.
Они лишь в нескольких метрах от нас и просто нас не видят.
Начинают плакать!
Взрослые парни!
Я терялся в лесу на дни и недели, не зная куда, черт возьми, мне идти.
Я точно знал, что если я продолжу идти, то найду какую-то дорогу или что-то еще.
Ведь мне известно, насколько широки Западные Гхаты.
И если я пройду максимум 150 – 200 километров, то обязательно приду на побережье или в какой-то город.
Но вы должны видеть, как ведут себя люди.
Потому что для них не обязательно должно произойти что-то особенное.
Маленькие вещи: потеря кошелька, потеря телефона — всё пропало!
Так что им не нужно терять свою жизнь.
Вот почему я сказал, что, когда наступает время, когда вы оставляете свое тело и всё, что вы знаете как жизнь, при первом осознании этого наступает ужас.
Но постепенно, по мере того как жизнь начинает угасать, это дает вам определенную анестезию.
Такова природа жизни.
Она не улетучивается вот так просто, она уходит медленно.
По мере того, как она медленно начинает уходить, вы увидите, что наступает некое обезболивание, некий комфорт.
Вы могли видеть, как кто-то страдает от мучительной боли.
Но по мере того, как смерть медленно приближается.
.
.
Вы увидите, что в их последние несколько дней они становятся умиротворенными, приятными, некоторые из них — даже радостными.
Некоторые из них сбиты с толку тем, что происходит, потому что они никогда не думали, что это с ними произойдет.
Таким образом, чувство потерянности – это не следствие конкретной ситуации.
Такова природа жизни!
Это природа жизни.
Вам был дан интеллект, чтобы познать природу жизни.
Если бы у вас не было интеллекта, если бы вы были как любые другие создания, у вас бы не возникло таких проблем.
Они никогда не теряются.
С ними всегда всё в порядке.
Физически они могут где-то потеряться.
Но что касается остального — они в порядке.
Они никогда не чувствуют себя потерянными.
Это самая большая привилегия, которая есть у человека: возможность испытать чувство потерянности.
Просто поверьте: если вы не можете потеряться — значит, вы прикованы, не так ли?
Арундхатти: Прикованы?
Садхгуру: Конечно!
В наши дни я видел, особенно в Соединенных Штатах, как люди ведут своих детей на.
.
.
как это называется?
Арундхатти: На поводке?
Садхгуру: Точно.
Поводок, как у собак.
Они могут подтянуть его.
.
.
там есть такая штука, которая позволяет укоротить или удлинить его, в зависимости от того, куда и как вы двигаетесь.
Ребенок бежит на поводке.
Может быть, для матерей-одиночек это и удобный способ.
Я могу понять.
Это не 2-3 человека, которые могут бегать за ребенком.
У матери нет энергии такой же энергии, как и у ребенка, чтобы повсюду бегать за ним.
Возможно, это практичное решение.
Я не берусь комментировать это.
Но тот, кто находится на поводке или цепи, не может быть потерянным, не так ли?
Вы должны понять, что быть потерянным – это большая привилегия!
Потому что вы — не на цепи!